Текст выверен автором - Лилией Хайлис
(Текст предоставил: Лилия Хайлис)
Хайлис Лилия

Проба пера в поэзии - первые песни, не включённые в эту страницу раньше

                               К А Р Н А В А Л              

        В слепящем блеске карнавала
        Слепят и звуки, и цвета,
        Кружат вслепую стены зала,
        Плеч женских слепит нагота.
        Поддавшись бешенству гитары,
        Под власть безумия попав,
        В бреду веселого угара
        Всю ночь беснуется толпа...
    
              О, как хохочет Арлекин!
              Он, шут, сегодня - властелин.
             - Мадам, я Вами покорен, -
              Бормочет пьяненький Пьеро.
 
        А любопытный Буратино
        Все тычет носом в зеркала.
        Там у красавицы Мальвины
        Под маской краска потекла.
        Тоскует Пиковая Дама
        В объятьях Черного Кота.
        Два привидения упрямо
        Твердят: - Какая красота!
 
             О, как хохочет Арлекин.
             Он, шут, сегодня властелин.
             - Ах, в этом мире все старо! -
             Чуть слышен тихий плач Пьеро.
 

                                                    1988
 

 Айвенго - песня Ребекки
 
Золотоволосая Леди Ровена
Исключительно хороша,
Благородна, в меру надменна,
Просто ангельская душа.
   Золотоволосая Леди Ровена,
   Не сводя  восхищенных глаз,
   Выбирает, конечно, Айвенго,
   Королевой турнира - Вас.
Золотоволосая Леди Ровена,
Вы - саксонское божество,
Фимиам, восторг, поклоненье,
А Ребекка для Вас - ничто.
   Золотоволосая леди Ровена,
   Вы не в силах сдержать слезу
   Над израненным телом Айвенго,
   Но уйдёте, а я спасу.
Золотоволосая Леди Ровена
Вышивает, потупив взор,
А меня, иудейку и ведьму,
Палачи ведут на костёр.
   Золотоволосая леди Ровена,
   Я надеюсь, к исходу дня
   Мой возлюбленный, рыцарь Айвенго,
   Ваш супруг, защитит меня.
Золотоволосая леди Ровена,
Я желаю Вам долгих лет,
Только к радости перемены
И любви благодатный свет.
   Золотоволосая Леди Ровена,
   Что ж Вы так помрачнели вмиг?
   Я запомню английское небо,
   Дикой утки протяжный крик...
   Нашей родины грустное небо,
   Дикой утки прощальный крик.
 

                        1988
  

        Солнышко
 
Солнышко ясное, 
Хочется смеяться.
Веточка ясеня,
А мне сегодня – двадцать.
   Я такой яркий след
   Оставлю на земле,
   Что потом белый свет
   Вспомнит обо мне.
Солнышко хмурится,
Дождичком грозится.
Тихая улица,
Да мне ли  это тридцать?
   Как прольётся слезой
   Дождик по стене,
   Я дождусь: любимый мой
   Вспомнит обо мне.
Солнышко по небу,
Вроде бы не скоро.
Сколько ж там пройдено?
А мне уже все сорок.
   Милосердный, большой,
   В светлой вышине,
   Господи, Боже мой,
   Вспомни обо мне.
Солнышко красное,
Мне о чём мечталось?
Было ли разное?
А может, показалось.
   Если вовсе пора,
   А на всей земле
   Лишь дочурка моя
   Вспомнит обо мне.


                                        1990 
 
 
       Фата-Моргана
 
Всё же не сказано главное слово,
Всё же не выпита чаша до дна,
Всё же надежды, и снова, и снова
Фата-Моргана так ясно видна,
Всё же запахло весною на свете,
Всё же звенит на деревьях роса,
Всё же игриво настроенный ветер
Весело дышит  во все паруса.
 
Может быть, новая это страница,
Может быть, в путь собираться пора,
Может быть, просто слегка наклониться,
Хтоб прикурить от лесного костра.
И, как в безоблачные восемнадцать,
Лихо бросаясь навстречу судьбе,
С кем-то до боли в губах целоваться
Ночь напролёт в бесшабашной гульбе.
 
Ну, а быть может, туда возвратиться,
Где успокоит, как встарь, тишина,
Там, где родные и милые лица,
Ждут не дождутся, наверно, меня.
В мареве знойном теснятся напевы,
Волны за волнами гонит прибой,
Машет платочком лукавая дева,
Вновь увлекая меня за собой.
 
Знаю, мираж, знаю, только на время.
Утром закончатся все чудеса.
Ветер утихнет, и серою тенью
Мёртво обвиснут мои паруса.
Только, что это? Конечно, извольте,
Так немигающе глядя вперёд,
На уплывающем в даль горизонте
Фата-Моргана настойчиво ждёт.
 

                                1988
Бабьи-летние страдания

Забыть о том, что есть рассветы,
Мне так хотелось жарким летом,
Забыть о том, что есть тревоги,
Забыть о том, что есть долги,
Всё принимать легко и просто,
Не задавать себе вопросов,
Куда ведут судьбы дороги,
Забыть, что сборы недолги.
        А клёны выкрасили город
         Колдовским каким-то цветом...
         - И небрежною рукою
           В такт по струнам невзначай.
           Пел он звонко, был он молод,
           Звали все его поэтом.
           Подпевала я покорно
           Про осеннюю печаль.
Как сложно вдруг принять решенье!
Куда ни глянешь, - невезенье.
Не миновать беды направо:
Коня в дороге уведут.
Но не сворачивай налево:
Отнимут волю там наверно.
Что ж, остаётся только прямо,
А прямо - голову снесут.
        А я кручу напропалую
        С самой ветренной из женщин...
           - И лились гитары трели
             Про любовные дела.
             Не найдёшь же ты другую, - 
                     И с улыбочкой беспечной
             В самый первый день апреля
             Я дочурку родила.
Как быстро дети подрастают!
Опять же лето наступает.
Опять вовсю судачат люди:
Под утро дочь явилась в дом.
- Не надо, мамочка, об этом,
А полюбила я поэта,
И что со мною завтра будет,
Я не желаю знать о том.
        А только вот, ругает мама,
        Что меня ночами нету...
                1987

       
          Сентиментальный вальс.

Листья осенние
Зло шуршат под ногами.
Память усердная
Старой болью пугает.
Если б судьбу до конца прочитать,
Всё зачеркнуть и по новой начать.

      Высоко, высоко, высоко,
      Высоко в поднебесье
      Белый аист взметнётся легко,
      И конец моей песне.
      Смутной тенью, утекшей водой
      Я уйду без следа.
      Разве что к тебе на ладонь
      Скатится звезда.
 
Звёздочка падает,
Ну скорее, желанье.
Пусть запоздалое,
Всё же наше свиданье.
Что же тебе уходя пожелать?
Всё зачеркнуть и по новой начать.
  
      Высоко, высоко, высоко,
      Высоко в поднебесье
      Белый аист взметнётся легко,
      И конец моей песне.
      Смутной тенью, утекшей водой
      Ухожу навсегда.
      Вон, лови, к тебе на ладонь
      Просится звезда.

Было ли, не было,
Мы простили друг другу.
Бегают, бегают
Стрелки лихо по кругу.
Только б тебе улыбнуться опять.
Всё зачеркнуть и по новой начать.

       Высоко, высоко, высоко,
       Высоко в поднебесье
       Белый аист  взметнётся легко,
       И конец моей песне.
       Смутной тенью, утекшей водой
       Навсегда, без следа.
       Подставляй скорее ладонь:
       Ведь твоя звезда.


                        1990 
     Старый шансонье.

 По запутанной аллее
Проходила я случайно.
Он в берете набочок
На спрятанной скамье.
- Вы присаживайтесь, Фея,
- И свою открыл мне тайну:
Этот ветхий старичок –
Бывший шансонье.
       О, шансонье,
    Ты помнишь всё: и звон бокалов,
    И сердца шумные удары,
    И пьяную развязность зала.
       О, шансонье,
   И чей-то смех, и плач гитары,
   Но ты о прошлом не жалей,
       Старый шансонье.

Под зелёною акацией
Долго мы сидели рядом.
Он давно ушедших лет
Насвистывал мотив.
Вдруг трясущимися пальцами
Он плечо мое погладил.
Глаз слезящихся дуэт
Был красноречив.
      О, шансонье,   
   Не отмечал ли ты лениво
   Глаза зелёно-голубые,
   Их взгляд, упорный и ревнивый.
       О, шансонье,
   Какие женщины любили,
   Но  ты о прошлом не жалей,
       Старый шансонье.
 
Над седыми волосами
Будто скованное трансом,
Не исчерпывая сил,
Прощая все и всех,
Время тикало часами,
А в открытое пространство
Тёплый ветер уносил
Милый детский смех.
      
      О, шансонье,
   Под бурный хохот Арлекина
   В сколжьеньи дней необратимом
   Жизнь пронеслась, танцуя, мимо.
      О, шансонье,
   Давным-давно всё это было.
   И ты о прошлом не жалей,
     Старый шансонье.
                                1990 
 

      Реверанс
  (Перевод с английского)

В ярком балетном наряде
Испытаем свой первый шанс.
Я вам поклонюсь,
И всем подарю
Большой реверанс.

Маленькая балерина
Исполняет смешной романс.
Плие, падеша,
Пассе, рандижан,
Ле гранд реверанс.

Если же вдруг ошибусь я -
Ведь так сложно держать баланс -
Ужасный позор!
Один лишь спасет
Меня реверанс.

Детские промахи мило
Называются "Мезальянс"...
А если не так,
Я быстренько в такт
Нырну в реверанс.

Громкие аплодисменты
Принимаю лишь как аванс.
Похлопайте мне,
А я вам в ответ
Тройной реверанс.


                        1990

      Вариации на тему старинного романса.
 
Затасканный мотив выстукивая нервно,
Заглядывая в ночь мерцанием свечей,
Нас поезд уносил, так медленно, так верно,
В неведомую даль, неведомо, зачем.
 
       Я ехала домой...
 
Мне вспоминалась юность, гордая Надежда
Надменно выводила знатный гороскоп,
Не вдумываясь в смысл, трогательно-нежно
Ей подпевала Вера тонким голоском.
Под яростную блажь гитар Мадагаскара,
Внушавшую березам чувственную дрожь,
До самого утра, смеясь, Любовь ласкала,
Нашептывая нам заманчивую ложь.
А где-то в темноте раскаивалась скрипка,
Ей вторя, баритон заученно рыдал:
"Вы юности моей фатальную ошибку
Великодушно мне простите, господа".

      Я ехала домой...
 
Забытые давно и горести, и страсти
Сплетались в милый вздор под ритмику колес.
Я думала о Вас, о том спокойном счастье,
Которого узнать мне так и не пришлось.
Как хохотала вдрызг упившаяся Вера,
Как плакала Любовь и в кровь кусала рот,
Когда сквозь тишину, вдруг голосом неверным
Надежда - громко, вслух похабный анекдот.
Мелодия колес, скучающе земная, 
Вдруг сорвалась на пляс, чертовский, удалой.
Не надо больше слов, от слов уже хмельная,
А может, от вина, я ехала домой.
 
      Я ехала домой...
 
Прощаясь навсегда, в своя вернешься круги.
Мучительно зубря, урок забудешь вновь,
На плечи мне легли стареющие руки:
Надежда, ну а с нею, Вера и Любовь. 
                                   1991

       Депрессия

Оставим эти споры
Под красное вино.
Крутые разговоры
Наскучили давно.
И глупый флирт украдкой,
И грустные глаза.
Нет, что-нибудь загадкой
Красивое сказать,

Со всеми распрощаться
И молча до утра
Беспечно целоваться.
Веселая хандра
Нас до смерти достала.
О, грешный мой удел!
Ужасно я устала
От всяких важных дел.

Стихи тяжеловесны,
Аккорды все не те.
И не выходят песни
В кромешной суете.
Противнейшая штука -
Презрительный оскал,
Томительная скука
И ржавая тоска.

Твой адрес на конверте
Запутался в веках.
И розовые черти
Застыли в облаках.
И, может быть, влюбиться
В кого-нибудь пора.
Да что моя жар-птица?
Лишь искры от костра.

С язвительной усмешкой
Уж лучше не дерзи.
Цейтнот. И тихой пешке
Не вытянуть в ферзи.

К чему же эти споры
Под музыку Гунно,
Пустые разговоры
И прочая  -... мура.


                        1993
        Баллада о поэтессе

Пронзителен шум уличной толпы.
Твердила им в наивном я неведеньи:
- Поймите, ваши доводы глупы!
Мне не в чем сознаваться, я не ведьма.

Я никогда не делала вам зла.
Я пела, чтоб казалась жизнь чудесной,
А дьявола на помощь не звала:
Не ведьма я, я только поэтесса.

Не я на вас накликала чуму,
Не я на скот ваш наводила порчу.
Я горя не желала никому,
И я как все, ну разве что, чуть зорче.

За что вы так терзаете меня?
Клянусь, что мне не вынести мученья.
От ужаса и боли гибну я.
О, Господи, пошли же им прощенье.

Ах, прекратите пытку, наконец.
Я больше не могу, к чему же медлить?
Терновый принимаю я венец,
Я сознаюсь вам в том, что да, я – ведьма!

Погас костер средневековой мглы.
Уже не ведьм изводят, а поэтов.
Всё те же, что меня, как ведьму жгли,
Дантесам заряжают пистолеты.

Все так же скорбно молчалив Парнас.
Все так же защититься не умею.
И я умру. Опять. В который раз.
В предсмертной муке, люди, вас - жалея.

                        1987

По мотивам сказок

   Как разбудить Белоснежку

Может, это сказка, может, быль,
Древние напевы.
Молодость чужую погубить
Властны королевы.
В целом мире, весь хоть обойди,
Впредь не будет равных,
Если Белоснежку угостить
Яблоком отравленным.   
        В глубине горы так бушует пламя,
        Днем и ночью страж, бородатый гном.
        На шести цепях гроб висит хрустальный.             
        Крепко-крепко спит Белоснежка в нем.
Знает ли народная молва,
Как тот сон нарушить?
Сладкие, туманные слова
Истерзали душу.
Не посметь, тогда тоска меня
Загрызет, ей-богу.
Эй, подать царевичу коня
В дальнюю дорогу.
         Гору я найду, где бушует пламя.
         Сам себе клянусь пламенем крови.
         Решено: вперед, в сказочные дали,
         Хоть на край земли в поисках Любви.
Реки, горы, земли и моря,
Страны и заставы. 
Под копыта - сотая заря,
Конь храпел усталый.
Но дошёл царевич и припал,
Где бушует пламя,
К мертвым белоснежкиным губам
Жаркими губами.
          Взмах Ее ресниц - выше нет награды!
          Вздох любимых губ: - Ах, душа моя!.
          В яблочном саду свежесть и прохлада,
          И рассвет вдвоем с трелью соловья. 

                        1991

    Принцесса на горошине
(Продолжение песни Наташи Минц)       

У принцессы нрав - уж если что захочется,
Не помогут ни скандалы, ни пророчества.
Не послушалась отца
И сбежала из дворца.
   А на площади так людно и так весело:
   Говор, лавки, балаган, шарманщик с песнями.
   И она решила, что
   Не вернется ни за что.

Ей гулять вот так до самой бы до старости.
Неужели ноги ноют от усталости,
И смыкаются глаза.
Собирается гроза.
   Разве можно так бродяжничать до вечера.
   И ни друга, ни любимого не встретила.
   Глупый, скучный, злой удел.
   И никто ее не съел.

Ну какое положенье все же гнусное.
Слякоть скользкая, безлюдье, мысли грустные.
Видно вовсе не тоска
На дорожках из песка.
   Вот бредет принцесса, мокрая и сонная.
   Грязно, холодно, и хочется, пардон муа.
   Но вдруг видит: - О, Творец!
   Ах, не может быть: дворец:

Ну, а там уж и салаты с апельсинами,
Экзерсисы у камина с клавесинами,
И чего там только нет!
Плюс жених и туалет.
   И с тех пор живет принцесса на горошине
   Все по правилам, все чинно, как положено.
   Полюбила, наконец,
   Кринолины и дворец.


                1993

Дизнейланд - "Small world"

Здесь невозможны ссоры,
Здесь горевать нельзя.
Здесь у певцов-танцоров
Кукольные глаза,
Кукольные улыбки,
Кукольные сердца...
Тянут мажоры скрипки
Кукольного дворца.

Клоуны, балерины,
Феи и колдуны.
Рядом Пекин и Рио,
Солнце и две луны.
С Корсики на Гаваи,
С Эльбруса на Памир
Лодки переплывают –
Вот как тут тесен мир!

У векового замка
Стража - на караул –
Так и сверлит глазами
Сквозь балаганный гул.
В центре толпы две куклы –
В мире нарядней нет:
Бархат, алмазы, букли, -
Скажем, Ламар и Кэт.

В ней мишуры проклятье,
Как колдовской обряд.
И золотое платье,
И восхищённый взгляд.
Он наделен талантом,
Мужеством без границ.
Может быть, музыкант он,
Может, наследный принц.
                              
Ну, а пастушка Мая
Смотрит издалека,
Как Её обнимает
В танце Его рука.
Ловко кружатся в вальсе
Пары прекрасных ног.
Даже не сомневайся,
Свёл их, конечно, Рок!

Ну, а пастушка Мая
Сзади стоит одна,
Будто на невниманье
Кем-то осуждена.
Блёстками сыплет роза,
Сжатая в кулачках...
Жаль, невозможны слезы
На кукольных щеках.

                                        5/1997

Песня Розы
(По мотивам "Маленького принца" Экзюпери)

Быть капризной и вздорной –
Постыдна роль моя
По замыслу прозы.
И я знаю, что растут на планете Земля
В изобилии Розы.

  Припев:

                Но есть спасенье от чумы и от толпы,
                Войны, пожара и дождя метеоритов:
                На стебельке моем топорщатся шипы,
                Моя защита, моя защита.

Ах, как тошно торчать
День-деньской под колпаком,
Рассудку не внемля.
Ах, зачем отпустила я принца так легко
На коварную Землю!

  Припев:

                Но есть спасенье от чумы и от толпы,
                Войны, пожара и дождя метеоритов:
                На стебельке моем топорщатся шипы,
                Моя защита, моя защита.

Я одна среди звёзд,
Вот и новый день прошел,
Опять новый вечер.
Ждёт ли в сказке, пусть где-то в конце, хоть раз ещё
Мимолетная встреча?

 Припев:

                Но есть спасенье от чумы и от толпы,
                Войны, пожара и дождя метеоритов:
                На стебельке моем топорщатся шипы,
                Моя защита, моя защита.


                               6/1997


Песня Царевны-Лягушки            
                           Е.П.

То ли сказка, то ли драма,
То ли сплетня-побрякушка:
Родила царица-мама
Не царевну, а лягушку.

        Может спасти лишь любовь,
        Яркая, напропалую.
        Принц или нищий, любой,
        Тот, кто меня поцелует.
        Нужно мне, как ни колдуй,
        Жаркий сорвать поцелуй.
        Кто среди белого дня
        Вдруг поцелует меня? 

Хоть пали в меня из пушки,
Хоть лишай еды и кровли,
Оставаться мне лягушкой
С ледяною рыбьей кровью.

        Нужно мне, как ни колдуй,
        Крепкий сорвать поцелуй.
        Кто среди белого дня
        Так поцелует меня?

Безобразная игрушка,
Буду тут скакать я вечно, 
Если не поймёт лягушку
Кто-то с сердцем человечьим.

        Ну, а тогда не балуй,
        Сразу же в губы целуй,
        Кто среди белого дня?
        Здесь поцелует меня? 
         Нужен мне, как ни колдуй,
        Только один поцелуй.
        Кто ж среди белого дня,
        Ну кто поцелует меня! 

Песенки зимой и летом
Мы поём нескладным хором.
Называют люди это
Глупым лягушачьим вздором.

        Нужно мне, как ни колдуй,
        Жаркий сорвать поцелуй.
        Но среди белого дня
        Кто поцелует меня! 
        Легче взойти на Памир.
        Чем Вас привлечь, мой кумир,
        Чтобы судьбы не браня
        Вы целовали меня.


                                     1997


Я – Колобок

Молвил бабке дедка:
- Не кромсай ты репку!
Лучше, бабка, овощ впрок!
Лучше изловчиться,
Наскрести мучицы
На хороший колобок.
Бабка, как невеста,
Замесила тесто
И оформила меня.
Ух, какой я сдобный!
Но кушать неудобно:
Только-только из огня.

        И я от бабушки ушёл,
        И от дедушки ушёл.
        Погулять по белу свету – хорошо!
        Мне хотелось побродить,
        Всяких дел нагородить,
        Как положено мужчине – почудить.

На лесной прогалине
Заяц хулиганил,
Но увидел вдруг меня.
А я такой сдобный,
Но кушать неудобно:
Только-только из огня.
Не добьёшься толка
От болвана волка,
Но увидел тот меня!
Да, я очень сладкий:
Постаралась бабка,
Но я же только из огня.

        И от Косого я ушел,
        И от Серого ушел,
        Погулять по белу свету – хорошо!
        Мне хотелось побродить,
        Всяких дел нагородить,
        Так, чтоб сказки сочиняли, – почудить.

Ехали медведи –
На велосипеде,
Но увидели меня!
Вот такой я пупсик,
Очень-очень вкусный,
Будто только из огня.

        И от косматых я ушёл,
        И от киски я ушёл.
        Погулять по белу свету – хорошо!
        Мне хотелось побродить,
        Всяких дел нагородить,
        Чтоб легенды распевали, – почудить!

Но что это со мною?
Встретился с лисою:
Ноль вниманья на меня.
Глупая невежа,
Я же ещё свежий,
Я недавно из огня.
Рыжая лахудра!
Распустила кудри.
Чем тебе я не хорош?
Сочный весь и круглый,
С сахарной, блин! - пудрой,
Хошь не хошь,
А в миг сжуёшь.

        Да, я от бабушки ушёл,
        И от дедушки ушёл.
        Погулять по белу свету – хорошо!
        Мне хотелось побродить,
        Всяких дел нагородить,
        Но от судьбы-злодейки, видно, не уйтить!


                                          1995

Бард Топ elcom-tele.com      Анализ сайта