Текст выверен автором - Александром Городницким
(Текст предоставил: Александр Городницкий)
Городницкий Александр

Прощание с кинематографом

                  Александр Городницкий

        "Из всех искусств для нас наиважнейшим
        Является кино", - заметил Ленин.
        И не ошибся: в школьные года,
        Послевоенные, да и позднее тоже,
        Оно сердца нам жгло на всю катушку.
        Катушки эти, помню, привозили
        В тяжёлых несгораемых коробках,
        Защитною окраскою и формой
        Напоминавших цинки для патронов
        Или противотанковые мины,
        Которые в ту пору находили
        Под Сиверской и возле Сестрорецка...

Ах, эти фильмы! Именно по ним
Учились мы, как надо целоваться,
Закуривать и открывать бутылку,
Да и другим вещам, необходимым
Для юношеской жизни, о которых
Умалчивали школьные программы.

Ах, эти фильмы старые! Бернес
Молоденький в петлицах с кубарями:
"Любимый город может спать спокойно";
Орлова в "Цирке", "Леди Гамильтон"!
Потом пошли трофеи: "Башня смерти",
Марика Рёкк, "Восстание в пустыне".

На сером полоне киноэкрана
Вскипали вдруг коричневые пятна,
Как пенки на топлёном молоке,
И вспыхивал внезапно в зале свет.
Кричали дружно зрители: "Сапожник!",
Свистели или топали ногами.

        Кино объединяло всех тогда.
        Всё было общим здесь: любовь и смех,
        И ненависть, и слезы, и веселье.
        Переполняла гордость нас, когда
        Под звуки марша, в кадрах кинохроник
        Комбайны шли шеренгой, из ковша
        Расплавленная вытекала сталь
        И падали фашистские знамёна
        У мраморных ступеней Мавзолея.

А что за лица! Бабочкина помнишь?
Или Чиркова в "Юности Максима"?
Теперь уже и нет таких актёров.
А Симонов, играющий Петра?
Или вот этот - кажется, Филиппов,
Ну, в общем, с бородою, - во давал!
А песни, что однажды прозвучав,
Охватывали целую страну!
Я до сих пор их помню: "Три танкиста",
Или "Шаланды, полные кефали".

Прощай, кино. Я больше не увижу
Табачный дым, сияющий в луче.
Не заскрипит, как прежде, подо мной
Фанерное сиденье откидное...
Прощай, эпоха кадров чёрно-белых,
Окрестный мир делившая наивно
На эти два несовместимых цвета.
Увы, сложнее он и многогранней,
И не влезает более в экран.

        Прощай, кино. Ты и на самом деле
        Важнейшее искусство для народа.
        Ты умерло - и вот народа нет.
        Осталось население, частично
        Распавшееся на электораты,
        Грызущие друг друга. Твой экран,
        Необозримый, широкоформатный,
        Рассыпался на тысячи убогих
        Телеэкранов, закрытых в квартирах.
        Так колокол огромный вечевой,
        Разбитый на осколки, никогда
        Не обретёт первоначальный голос.

Поэтому прощай, кинематограф.
Твою неистребимую соборность
Не заместит сегодняшняя церковь:
Нельзя там ни смеяться, ни свистеть,
Ни по бедру поглаживать соседку...

Прощай, мой первобытный древний бог.
В твоих безлюдных обветшалых храмах
Теперь автомобильные салоны
И распродажа мебели. "Природа
Не терпит пустоты", - как заявил
Помешанный на ртути итальянец.

Прощай, кинематограф. Ты теперь
Искусство ретро, как и оперетта,
Что вытеснена шоу, или книга
В суровую эпоху Интернета.
Прощай, кино. Уже не будем мы
Из темноты с надеждою на свет
Смотреть, завороженные лучом
Твоей трескучей кинопередвижки.
Прощай, моё важнейшее искусство,
Последняя и первая любовь.
Ты - жизнь моя, которая прошла
И более уже не повторится.

1997

Бард Топ elcom-tele.com      Анализ сайта