В старой песенке поется:
После нас на этом свете
Пара факсов остается
И страничка в интернете...
      (Виталий Калашников)
Главная | Даты | Персоналии | Коллективы | Концерты | Фестивали | Текстовый архив | Дискография
Печатный двор | Фотоархив | Живой журнал | Гостевая книга | Книга памяти
 Поиск на bards.ru:   ЯndexЯndex     
www.bards.ru / Вернуться в "Печатный двор"

10.01.2015
Материал относится к разделам:
  - Персоналии (интервью, статьи об авторах, исполнителях, адептах АП)

Персоналии:
  - Никитин Сергей Яковлевич
Авторы: 
Савельева Наталья

Источник:
Савельева, Н. "Я не могу снизить планку, иначе это будет изменой себе" / Н. Савельева // Учительская газета. – 2014. – 8 март.
 

Я не могу снизить планку, иначе это будет изменой себе

Замечательному барду Сергею Никитину – 70 лет

 

Сергей Никитин продолжает петь о добром и светлом

 

Для тех, кто забыл: 8 марта – не только международный женский день, но и день рождения знаменитого барда, композитора, учёного и хорошего человека Сергея Яковлевича Никитина. И не просто день рождения, а юбилей – 70 лет.

 

Лето 1982 года. Прохладный продувной день. У станции метро "Парк культуры" продавали театральные билеты. Мы с друзьями купили тогда сразу шесть. Концерт проходил в "Лужниках", на огромной площадке. Первое отделение – Никитины. Второе – Александр Градский. Признаюсь, мэтра мы слушали с трудом. А Никитиных – с замирающим сердцем. В тот день было ещё одно выступление, на которое мы сразу же решили остаться. Пришли, и на другой день, и тоже на два концерта.

До тех концертов мы слышали только несколько их песен. И совсем ничего не знали о них самих. Всё началось в те августовские дни – и осталось на годы. Теперь уже можно сказать – навсегда.

Мы были очень молоды. Мир, как в стихах Эдуарда Багрицкого, ещё вставал перед нами огромной птицей: свистел, щёлкал, звенел. Мы ещё многого не понимали, но фальшь и глупость ощущали интуитивно, кожей. Тянулись к хорошей поэзии и как раз в то время пополнили собой ряды читателей самиздата. Именно в то лето мы по-настоящему увлеклись авторской песней, взахлёб слушали Новеллу Матвееву, Окуджаву, уже ушедшего Высоцкого...

И вдруг всё чудесным образом совпало. Лучшие стихи, гитара, голоса Татьяны и Сергея. Искренние ответы на искренние вопросы из зала. Атмосфера доброты и подлинной интеллигентности.

Сейчас, спустя годы, моё отношение к Никитиным не изменилось. Та встреча была первой. Потом их было множество – на разных концертных и театральных площадках. И много песен на кассетах и дисках, которые мы быстро выучили наизусть.

Эта любовь – длиною в жизнь – помогала нам в радостные и сложные годы. Сложных было больше, пожалуй. Но "времена не выбирают". А песни Татьяны и Сергея были с нами постоянно и ежедневно.

Юбилей у Сергея Яковлевича, но я не могу разделить их с Татьяной Хашимовной семейный и творческий дуэт.

Я нашла свое интервью с ними, записанное весной 1995 года (в "Учительской газете" оно вышло в августе 95-го). Вспоминала ту эпоху, грустила. А когда внимательно перечитала, то удивилась, что время давно другое, а... ничего не изменилось. Вот послушайте.

"Авторская песня пережила большие испытания. Раньше можно было взять гитару, спеть нехитрые стихи, и вокруг тебя уже собирались. А сейчас недостаточно поражать своим гением родных и друзей. Нужны умения, навыки игры на гитаре, голос... Авторская песня по части развития исполнительского искусства сильно продвинулась вперёд. Значительно сложнее обстоит дело со свежестью идей, и если хотите, чувств.

Жанр авторской песни повлиял на жизнь нескольких поколений. И влияние его, нам кажется, исключительно положительное, особенно в дни всеобщей коммерциализации. Сейчас задача – помочь человеку сохраниться. И, конечно, нужно, чтобы песня была фактом искусства.

Мы часто думаем, не оказывали ли мы "медвежью услугу" тем, что старались сеять "доброе, вечное..."? Потому что жизнь, с которой сегодня столкнулись наши слушатели, наши почитатели, повёрнута такой страшной, жестокой, беспощадной стороной именно к тем свойствам души, которые мы взращивали в других, и в себе тоже старались сохранить. Люди часто просто не готовы к битве, в которую их втянула жизнь. Это очень серьёзный вопрос, и нужно что-то делать.

Мы очень боимся, что люди приходят к нам за глотком, таким сладостным, чего-то несуществующего. Мы всё-таки парим в небесах.

И ещё: сила авторской песни была в том, что она не расходилась с жизнью. Она пела конкретно каждого из нас. А сейчас этот разрыв есть...

Духовность-то мы как раз воспеваем. Но как сохранить духовность и стоять обеими ногами на земле – вот проблема. Жизнь нас лишает веры, что мы можем трудиться изо всех сил, быть счастливыми, зарабатывать и при этом не стоять перед выбором – или стать бандитом, или платить бандитам. Жизнь такой гадкой прозой повернулась. Произошло материальное расслоение. Кто-то "пристроился", кто-то – нет. Это тяжело, потому что нищета унижает. Особенно людей мыслящих, интересных. Искать ответа на животрепещущие вопросы в искусстве стало трудно. Нет ответа на это.

Сегодня человек остался один на один со своей совестью. Раньше было "прилично-неприлично" выглядеть в чьих-то глазах. Сейчас стыд исчез, растворился. Исчезло само это понятие. Многие их тех, кому мы раньше верили, сейчас это испытание на прочность не прошли... Нам очень трудно в сегодняшнем мире. Та жизненная планка, которой мы следовали, оказалась слишком высока, а снижать её мы не можем. Это будет изменой самим себе..."

Словно это сейчас всё сказано.

В 95-м, получается так, я этого ничего не почувствовала. Хотя слушала, записала интервью и, конечно, тогда соглашалась. Но в 95-м я благополучно работала в редакции, много ездила по стране, много писала. Был создан Музей Марины Цветаевой, в котором я бывала очень часто и где проходили блестящие вечера. Потрясающими были и "Поэтические вечера на Лубянке" в Музее Маяковского. В 1997 году открылся театр Музыки и Поэзии под руководством Елены Камбуровой. В 96-м начались крымские конференции, куда я езжу и сейчас, – Международные Герцыковские Чтения. И в деревне дом мы купили в 97 году. Жизнь была довольно голодная, денег не хватало. Но какой подъём духа я испытывала! Какие вера и надежда жили во мне! Возможно, и, скорее всего, в молодости мы более оптимистичны, более беззаботны, и часто не видим чего-то негативного, уже наступившего или подступающего... Не знаю.

А Никитины видели и мне, наивной, объясняли.

Теперь я понимаю и ощущаю всё ими сказанное. Музей Маяковского закрыт. Музей Цветаевой изменился почти до неузнаваемости. Стал другим и театр. Почти погиб дом в деревне. Крым под большим вопросом... Я не могу найти работу. И всё это меня так сильно расстраивает, что я едва нахожу почву под ногами.

Одно очевидно, и в те годы, и в годы нынешние Никитины не опустили планку, о которой говорили в том давнем интервью. Концерты идут, музыку Сергей Яковлевич пишет, сын Александр стал звукооператором и сейчас тоже иногда выступает с родителями на концертах. Он поёт, играет на гитаре. У него хорошая семья. Время движется вперёд.

Но время всегда сохраняет то лучшее, что было в нём. Музыку, поэзию. Авторскую песню. И лучших её представителей – Татьяну и Сергея Никитиных.

 

Фото с сайта www.adeko.ru

 

Бард Топ elcom-tele.com      Анализ сайта
 © bards.ru 1996-2022