В старой песенке поется:
После нас на этом свете
Пара факсов остается
И страничка в интернете...
      (Виталий Калашников)
Главная | Даты | Персоналии | Коллективы | Концерты | Фестивали | Текстовый архив | Дискография
Печатный двор | Фотоархив | Живой журнал | Гостевая книга | Книга памяти
 Поиск на bards.ru:   ЯndexЯndex     
www.bards.ru / Вернуться в "Печатный двор"

20.04.2009
Материал относится к разделам:
  - АП как искусcтво
  - АП как движение Анализ работы проектов, клубов, фестивалей)
Авторы: 
Воронцов Александр

Источник:
Газета "Столичные новости" № 46 (242) 03-09 декабря 2002
 

КСП умер. Да здравствует КСП?

Я никогда не любил авторскую песню. Точнее, не саму песню, а те узкие рамки, которые придумали как бы основоположники жанра. "Как бы" — потому что основатели, отцы и матери авторской песни не думали о жанре как таковом, они просто пели. А вокруг "столпов" бардовского движения толпились менестрели калибром поменьше. Таким образом, повсюду стали возникать КСП — клубы самодеятельной песни, прообраз современной тусовки. Кстати, термин "самодеятельная" гораздо точнее определяет жанр, нежели словосочетание "авторская песня". А какая же еще? Есть у нас, правда, песни народные, иными словами, эпос. Все остальные песни написаны авторами. Итак, первые робкие попытки сказать на кухне или где-то далеко в горах у костра то, что нельзя было произнести в местах общественного пользования, в конце концов, увенчались успехом. Тут же тысячи таких же гнусавых дарований с раздолбанными шестиструнными гитарами производства города Чернигова ринулись на сцену. Нет, у костра, где бардовскому движению самое место, песни эти тоже поются. Вот только современная молодежь все же отдает предпочтение песням Цоя, Гребенщикова или Чижа. Да и стареньким бардам-аксакалам, равно как и основной массе их почитателей, "ездить за туманом" в тайгу уже несподручно. Не царское это дело. То ли дело клубы самодеятельной... Нет — авторской песни, так солиднее! И фестиваль этой самой песни — как последняя возможность явить себя, любимых, зрителю. Ведь серьезные сольные концерты "аксакалы второй волны" не потянут — зритель не пойдет. Что касается молодого пополнения, то здесь секрет прост: "некуда бедному крестьянину податься". Кому нужны самодеятельные поэты и музыканты сегодня, когда этого добра навалом. Вот и приходят молодые поэты-музыканты, авторы-исполнители в КСП с надеждой, что их авторские произведения будут востребованы. Фигушки! Разработанные каноны и узкие рамки позволяют проскочить только хамелеончикам, которые "в рамках жанра" его же развивают. Правда, смешно — развивать жанр, который в рамках? В лучшем случае КСП занимается производством клонов, бледных копий известных бардов. Лично мне довелось наблюдать копию знаменитого дуэта "Иваси" — Иващенко — Васильева — в разных вариациях четырежды. Все было то же — песни, манера, даже голоса. Представьте, к примеру, хор Филиппов Киркоровых. Или лучшая Алла Пугачева сезона. По-моему, бред.

 

Фестивали КСП, которые, опять-таки, организовывают "апостолы" жанра, проходят под их полным контролем. Правило железное: сам наливаю — сам пью. Судит жюри по себе. В меру своей грамотности и совести. Да, да, совести. Ибо беда всех фестивалей — корыстные интересы — не миновала и движение бардов. У аксакалов подросли дети, и какой отец "зарежет" на конкурсе собственное дитя? Чай, не Иваны Грозные. Скорее Иваны, помнящие родственников. А вот что касается родства... "Мы с тобой одной крови?" — "И то, что зовут они кровью — только вода!" — пела когда-то легендарная группа "Пикник". Инфантильность, вознесенная на пьедестал, — вот что такое бардовская песня в своем сером большинстве. Позволю себе еще одну цитату. Джон Леннон однажды сказал, что все песни делятся на две категории: "мальчик бросил девочку" и "девочка бросила мальчика". Барды придумали категорию № 3 — "отняли любимую игрушку". Вот эта тоска по ушедшей молодости, по трепу на прокуренных кухнях и псевдопротестам против системы слышится сегодня в нестройных арпеджио, исполняемых на тех же черниговских гитарах. Основное течение давно превратилось в болото. Каэспэшники никому не интересны, кроме самих себя и "ближнего круга" своих. Молодые авторы, потыкавшись носом в глухую стену, уходят в дворовой рок или находят себя в других областях человеческой деятельности. А те, самые первые, давным-давно забыв о "движении", зарабатывают себе своими песнями на хлеб с маслом. Некоторые вполне сносно конкурируют с блатняком, слившись в экстазе с воровским романсом под лейблом "русский шансон". "Таганка" Высоцкого, "Гоп-стоп" Розенбаума, "Крещатик" Кричевского, "Владимирский централ" Круга, "Ножи" Митяева—Шуфутинского — все это вполне форматный репертуар. И, скорее всего, авторская песня потихоньку исчезнет как жанр. Это только вопрос времени. Но хотя я ненавижу авторскую песню в ее современной сектантской ипостаси, мне будет искренне жаль, если спустя несколько лет на сцене будут звучать все те же набившие оскомину "милая моя, солнышко лесное", "как здорово, что все мы здесь сегодня собрались", "каждый пишет, как он дышит". А дышит сегодня авторская песня "полной грудью на ладан". Настоящие барды кочуют по городам и весям, поют и пьют, пишут и пашут. И сеют разумное, доброе, вечное. А "кусочек янтаря, в серединке которого вместо комарика грусть" Шухрата Хусаинова и "Провинциальные дожди" Володи Завгороднего дают мне последнюю надежду на то, что есть еще настоящая авторская песня. Которую я люблю.

 

Бард Топ elcom-tele.com      Анализ сайта
 © bards.ru 1996-2019